Информация о материале

Сергей Гончарук

События

08 июня 2026

Складной iPhone Ultra показали на макете. Apple, кажется, готовит самый странный iPhone за много лет

Инсайдер Сонни Диксон опубликовал детальные снимки макета первого складного iPhone. По утечкам, устройство получит большой внутренний экран около 7,8 дюйма, фронтальную камеру в круглом вырезе и Touch ID в боковой кнопке вместо Face ID. Но пока это всё ещё не анонс Apple, а утечка.

Apple, похоже, всё ближе к моменту, которого от неё ждут уже много лет: первому складному iPhone. В сети появились новые снимки высокодетализированного макета устройства, которое называют то iPhone Fold, то iPhone Ultra. Их опубликовал инсайдер Сонни Диксон, известный утечками макетов будущих устройств Apple. По данным профильных изданий, это самый подробный взгляд на складной iPhone на сегодня — хотя сама Apple, конечно, ничего официально не подтвердила.

Судя по макету, смартфон будет складываться как книга. В раскрытом виде он получит внутренний экран примерно 7,8 дюйма — почти как маленький планшет. Фронтальная камера на этом экране, по утечке, расположена в круглом вырезе в левом верхнем углу. Для Apple это заметный отход от привычной логики Dynamic Island и Face ID.

И вот здесь начинается самое интересное. По слухам, из-за ультратонкого корпуса Apple могла отказаться от Face ID в складной модели. Вместо него устройство может получить Touch ID в боковой кнопке питания — примерно как в некоторых iPad. Для флагманского iPhone это выглядело бы почти как возвращение из прошлого. Но технически решение понятное: складной корпус слишком тонкий, а система TrueDepth для Face ID занимает место.

Также источники пишут о титановом корпусе толщиной около 4,5 мм в раскрытом состоянии, двух задних камерах в горизонтальном блоке и возможном отсутствии некоторых привычных Pro-функций, включая MagSafe и кнопку Action. Всё это пока слухи, но они складываются в одну картинку: Apple, похоже, делает не просто «iPhone, который сгибается», а очень тонкий и дорогой гибрид телефона и мини-планшета.

Главный вопрос — цена. По оценкам инсайдеров и аналитиков, складной iPhone может стоить около $2000. То есть это будет не массовая модель, а витрина технологий. Такой iPhone для тех, кто хочет первым попробовать новый формат Apple и готов заплатить за это почти как за ноутбук.

Есть и другой вопрос: зачем Apple вообще понадобился складной смартфон так поздно? Samsung, Google, Honor, Huawei и другие уже давно экспериментируют с форматом foldable. Рынок не взорвался, но перестал быть игрушкой для энтузиастов. Apple обычно входит в такие категории не первой, а тогда, когда считает, что может сделать устройство достаточно понятным для массового премиального пользователя.

Правда, в случае складного iPhone ставка рискованная. Складка на экране, прочность шарнира, автономность, вес, цена, ремонт, совместимость приложений — всё это остаётся больными местами формата. Apple не может позволить себе выпустить «почти хороший» складной iPhone. От неё ждут, что он будет выглядеть так, будто складные смартфоны наконец-то стали нормальными.

Пока же перед нами только макет. Красивый, подробный, очень похожий на финальный дизайн — но всё-таки макет.

И всё же ощущение есть: самый необычный iPhone за последние годы уже перестал быть далёкой фантазией. Теперь он выглядит как устройство, для которого производители чехлов уже меряют миллиметры.

Информация о материале

Андрей Малец

События

07 июня 2026

LEGO построила Саграда Фамилия из 12 060 деталей. Гауди, кажется, одобрил бы

LEGO представила самый большой строительный набор в своей истории — храм Саграда Фамилия из 12 060 деталей. Высота модели — 62 см, релиз — 1 ноября 2026 года, цена — $799,99. И да, собрать его, возможно, получится быстрее, чем достроить оригинал в Барселоне.

Есть вещи, которые человечество строит долго. Пирамиды. Карьеры. Семейные отношения после фразы «давай просто спокойно поговорим». И, конечно, Саграда Фамилия в Барселоне. Теперь к этой истории присоединилась LEGO. Компания представила набор LEGO Architecture Sagrada Família 21065 — самый большой строительный набор в своей истории по количеству деталей. В коробке — 12 060 элементов. То есть это уже не «вечером посидеть с чайком». Это маленькое паломничество к столику, где ближайшие недели будет жить пластмассовая версия Гауди.

Готовая модель достигает 62 см в высоту, 47 см в ширину и 39 см в глубину. Масштаб, согласитесь, серьёзный. Это не сувенирная открытка из Барселоны, а почти архитектурное заявление для тех, кто давно хотел поставить дома миниатюрный храм и заодно проверить собственную нервную систему.

Набор выходит 1 ноября 2026 года. Предзаказ уже открыт. Цена — $799,99 / €749,99 / £649,99. Да, дорого. Но тут LEGO явно играет не в детскую игрушку, а в премиальный архитектурный объект для взрослых коллекционеров, фанатов Гауди, любителей Испании и людей, которым почему-то мало обычных пазлов на тысячу кусочков.

Самое интересное — не только размер. LEGO обещает, что сборка будет повторять реальную логику строительства Саграда Фамилия. Сначала — апсида и крипта. Потом фасады Рождества и Страстей. Затем нефы, ризницы, шесть башен и фасад Славы. То есть человек не просто собирает красивую модель. Он как будто проходит маленький курс по истории храма руками.

Внутри тоже есть детали. Набор позволяет воссоздать не только внешний силуэт базилики, но и интерьер, включая эффект витражей. Для этого используются прозрачные элементы, чтобы передать то самое знаменитое ощущение света, ради которого туристы в Барселоне обычно замирают с открытым ртом и телефоном в руке.

Релиз приурочен к 100-летию со дня смерти Антонио Гауди. Архитектор погиб в 1926 году, а строительство Саграда Фамилия началось ещё в 1882-м. Проект давно превратился в символ медленного, почти упрямого движения времени. Храм строят уже больше 140 лет, и он всё ещё остаётся не просто зданием, а живым процессом.

Кстати, в этом есть очень точное совпадение с LEGO. Оригинальная Саграда Фамилия — это архитектура как бесконечная сборка. Камень, свет, башни, символы, органические формы, религиозная идея, инженерная дерзость. Всё растёт слой за слоем. Деталь за деталью. Просто у Гауди детали были каменными, а у LEGO — пластиковыми.

Новый набор также обошёл прежних гигантов LEGO по количеству элементов. Он больше, чем LEGO Art World Map с 11 695 деталями и заметно массивнее многих коллекционных монстров последних лет. При этом по высоте он не рекордсмен. Но по сложности, детализации и общей степени «куда я это поставлю?» — явно один из главных наборов года.

И вот здесь начинается самое милое. Настоящую Саграда Фамилия человечество строит уже полтора века. LEGO-версию, возможно, кто-то соберёт за несколько недель. Особенно упорные — за несколько длинных выходных. Хотя, зная 12 060 деталей, лучше не зарекаться. Где-то между шестой башней и прозрачными витражами даже самый спокойный человек может начать понимать строителей оригинального храма чуть глубже.

Но как идея это прекрасно. Саграда Фамилия всегда была зданием, которое не помещается в обычную категорию. Это не просто храм. Не просто достопримечательность. Не просто туристический магнит. Это архитектурный организм, который растёт дольше человеческой жизни. И теперь у него появилась домашняя версия — сложная, дорогая, красивая и немного безумная.

Гауди, возможно, улыбнулся бы. А потом, конечно, попросил бы добавить ещё пару деталей.

Информация о материале

Андрей Малец

События

07 июня 2026

Audi Nuvolari: суперкар, которым бренд решил вернуться в большую игру

Audi представила Nuvolari — лимитированный гибридный суперкар на 1001 PS, названный в честь легендарного Тацио Нуволари. V8 biturbo, три электромотора, 2,6 секунды до сотни и тираж всего 499 экземпляров. Это уже не «преемник R8». Это заявка на другой уровень.

Audi долго выглядела так, будто вышла из суперкарной комнаты и аккуратно закрыла за собой дверь.

R8 ушёл. Электромобили наступали. Вокруг все говорили про новую эпоху, батареи, платформы, программное обеспечение и цифровой салон. Слово «эмоция» в автомобильной индустрии постепенно стало звучать как пункт в презентации.

И тут Audi выкатывает Nuvolari.

Не кроссовер. Не ещё один электрический концепт с диваном вместо салона. Не «умный городской автомобиль будущего». А низкий, злой, гибридный суперкар с V8, тремя электромоторами и именем человека, который в XX веке гонялся так, будто страх был лишней деталью машины.

Модель названа в честь Тацио Нуволари — итальянского автогонщика, которого до сих пор называют одним из самых смелых пилотов в истории автоспорта. Для Audi это имя не случайное. Нуволари выигрывал за Auto Union, исторического предшественника Audi, и стал частью той гоночной мифологии, к которой немецкий бренд теперь явно хочет вернуться.

Технически Nuvolari — это уже почти гиперкарная территория. В основе силовой установки — 4,0-литровый V8 biturbo и три электромотора. Общая мощность — 736 кВт, или 1001 PS. Если переводить в британско-американские horsepower, получается около 987 hp, поэтому в разных источниках цифры могут немного отличаться. Но смысл от этого не меняется: это самый мощный и самый быстрый серийный автомобиль в истории Audi.

Разгон до 100 км/ч — 2,6 секунды.
До 200 км/ч — 6,8 секунды.
Максимальная скорость — более 350 км/ч.

И да, это всё ещё Audi. То есть компания пытается продать не просто «дикую мощность», а контроль. В машине заявлены обновлённая система quattro, активная аэродинамика, предиктивная подвеска, технологии, вдохновлённые Формулой-1, и новый Audi Space Frame с карбоновыми внешними элементами.

Здесь особенно интересно, что Audi не пошла по пути полностью электрического суперкара. Хотя могла. И, судя по всему, думала об этом. Но в итоге выбрала гибридную схему: старый добрый двигатель внутреннего сгорания, раскручивающийся до 10 000 об/мин, плюс электромоторы, которые дают момент, тягу и ощущение мгновенного удара.

Получился такой автомобильный компромисс эпохи: мы вроде уже в будущем, но ещё не готовы отпустить звук V8.

Визуально Nuvolari тоже должен стать не просто отдельной моделью, а новым языком Audi. Компания говорит о новой дизайн-философии: чистые поверхности, минимум лишнего, технологии не как украшение, а как часть формы. Цвет Titanium, карбоновые элементы, среднемоторные пропорции, активная аэродинамика, интегрированные кольца Audi в заднем крыле — всё это звучит как попытка сказать: «Мы больше не хотим быть просто строгими и рациональными. Мы снова хотим быть желанными».

Тираж — 499 экземпляров. Поставки должны начаться в первой половине 2027 года. И это тоже важный сигнал. Audi не делает массовую замену R8. Не пытается вернуть старую формулу «суперкар на каждый день». Nuvolari — это витрина, символ, дорогой флаг на вершине линейки. Автомобиль, который должен вернуть бренду не объём продаж, а пульс.

Кстати, именно поэтому сравнения с Lamborghini здесь неизбежны. Техническая близость к итальянской суперкарной школе чувствуется. Но Audi пытается сыграть иначе: меньше театра, меньше крика, больше холодной инженерной уверенности. Не «посмотрите, как мы безумны», а «посмотрите, насколько точно мы умеем быть опасными».

И в этом, возможно, главный смысл Nuvolari.

Он появляется в момент, когда премиальные бренды мучительно ищут новую эмоцию. Электромобили быстры, но часто слишком похожи друг на друга по ощущению. Цифровые салоны красивы, но быстро утомляют. Ускорение стало доступным, почти бытовым. Чтобы снова удивить, мало просто поставить большую батарею и сказать «до сотни за три секунды».

Нужна история.

Audi взяла историю у Тацио Нуволари. Добавила гибридную механику, тысячу сил, Формулу-1, карбон, ограниченный тираж и старую мечту о машине, которая нужна не потому, что она практична.

А потому что от неё чуть быстрее бьётся сердце.

Информация о материале

Сергей Гончарук

События

07 июня 2026

Ye собрал 40 тысяч зрителей в Нидерландах. И это неприятный вопрос не только к нему

После отмен в других европейских странах рэпер Ye всё-таки выступил в Нидерландах. У стадиона протестовали еврейские организации, суд разрешил концерты, а десятки тысяч зрителей пришли слушать артиста, от которого многие давно требуют не аплодисментов, а ответственности.

В Нидерландах снова проверили старый и очень неудобный вопрос: можно ли отделить музыку от человека, если человек годами сам делает всё, чтобы это было почти невозможно?

Рэпер Ye, бывший Kanye West, выступил на стадионе GelreDome в Арнеме. На концерт пришли около 40 тысяч зрителей. И это произошло не в вакууме. Не просто «известный артист собрал большой зал». А на фоне протестов, судебных попыток отменить выступления и европейской волны отказов от его шоу.

В последние годы Ye стал не только музыкантом, но и ходячим моральным конфликтом. Его антисемитские высказывания, заявления об Адольфе Гитлере, нацистская символика в коммерческих историях и песня «Heil Hitler» сделали его имя токсичным далеко за пределами музыкальной индустрии. В одних странах концерты отменяли. В других — пытались заблокировать. В Великобританию его не пустили. Во Франции, Польше и Италии выступления были сорваны или отменены.

Но Нидерланды решили иначе.

Амстердамский суд отклонил попытку Центрального еврейского совета добиться запрета концертов. Формулировка была сухая, юридическая: нет достаточных оснований считать, что появление Ye создаст конкретную угрозу общественному порядку. То есть моральное отвращение — да. Политическое несогласие — да. Общественная тревога — да. Но для запрета, по мнению суда, этого оказалось недостаточно.

И вот он выходит на сцену.

А в зале — десятки тысяч людей.

Кто-то пришёл за музыкой. Кто-то — за редким шоу. Кто-то — за легендой, которая давно превратилась в руины собственной гениальности. Кто-то, возможно, вообще не хочет думать обо всём остальном. Это привычная защитная фраза фаната: «Я отделяю творчество от личности». Она звучит просто. Иногда даже честно. Но в случае Ye всё сложнее.

Потому что он не просто артист с «проблемным прошлым». Его провокации и ненависть не остались где-то за кулисами. Они стали частью публичного образа, бизнеса, медийной стратегии, политической игры. Это уже не неприятная биография, которую зритель пытается забыть на два часа. Это фон самого концерта.

У стадиона протестовала организация CIDI. Активисты показывали антисемитские цитаты Ye и напоминали: нельзя делать вид, что всё это просто шум вокруг знаменитости. За день до концерта на площади Дам в Амстердаме прошла тихая акция: на экранах вывели его антисемитские и пронацистские высказывания, а рядом поставили столы с заявлениями политиков против антисемитизма. Смысл был довольно прямой: говорить против ненависти легко, пока не нужно принимать решение о большой сцене, больших деньгах и 40 тысячах проданных билетов.

И вот здесь начинается самый неприятный разговор.

Свобода слова не означает, что общество обязано хлопать.
Юридическое право выступить не равно моральному оправданию.
Проданный стадион не стирает сказанного.
И толпа фанатов не превращает ненависть в «сложный художественный образ».

Ye, конечно, неоднократно пытался объяснять свои высказывания состоянием здоровья. Он говорил о биполярном расстройстве, о кризисах, о потерянном контроле, об импульсивности. Это важная часть истории, потому что психическое здоровье нельзя использовать как повод для издевательства или обесценивания. Но и как универсальная индульгенция оно тоже не работает.

Болезнь может объяснять часть поведения.
Она не отменяет ответственности.
Особенно когда последствия этого поведения слышат реальные люди.

В этом смысле концерт в Арнеме — не просто музыкальное событие. Это тест на то, как современная культура обращается с токсичной гениальностью. Согласитесь, мы уже слишком хорошо знаем этот сценарий: артист делает великое, потом делает чудовищное, потом извиняется, потом снова делает чудовищное, потом собирает стадион, а публика пытается решить, что именно она сейчас поддерживает — музыку, память, статус, шоу или человека вместе со всем его грузом.

Ответ не всегда приятный.

Иногда публика поддерживает всё сразу, даже если говорит обратное.

И да, запрет — тоже не всегда правильный инструмент. Это надо признать. Демократическое общество не может отменять каждого, кто вызывает отвращение. Суд смотрит не на моральную чистоту, а на закон. Государство не должно легко превращать вкус, протест или общественное негодование в запрет на въезд и выступление. Иначе завтра этот механизм могут направить уже против совсем других людей.

Но если государство не запрещает, общество всё равно имеет право назвать вещи своими именами.

Ye получил сцену.
Люди получили концерт.
Протестующие получили право стоять с плакатами.
А мы получили ещё одно напоминание: культура больше не умеет прятать грязь под ковёр. Всё видно. Всё рядом. Стадион, музыка, полиция, фанаты, еврейские организации, суд, цитаты, деньги, память о Холокосте, болезнь, извинения, ненависть, восторг.

И всё это — в один вечер.

Самое горькое в этой истории даже не то, что Ye собрал 40 тысяч зрителей. В конце концов, популярность редко была мерилом нравственности. Самое горькое — насколько привычной стала сама конструкция: большой артист, большие слова ненависти, большие протесты, большой зал.

Как будто так теперь и выглядит шоу-бизнес в зрелой стадии усталости.

Сначала скандал.
Потом суд.
Потом протест.
Потом sold out.
Потом фанаты говорят: «Я просто за музыкой».

Возможно, они правда просто за музыкой.

Но музыка в этот вечер звучала не одна.