Знаменитейший Гераклит – фигура очень интересная, самобытная, одновременно и благодатная, и сложная для описания и анализа. Его немногочисленные в целом, сохранившиеся фрагменты (при этом впервые их так много по сравнению с предшествующими философами), черты биографии дают разнообразный материал для толкований, и оставляют немалое пространство для интерпретаций. В нескольких текстах коснемся, на мой вкус, наиболее важных и оптимальных для жанра микростатей блога.
Гераклит вошел в память приписываемой ему и ставшей по-своему знаменитой фразой: «всё течет, всё изменяется». Тут дело не только в том, что среди нескольких десятков имеющихся в нашем распоряжении фрагментов нет такого суждения, хотя это тоже важно. Просто в таком виде эта фраза важнейшие философские интуиции Гераклита преподносит в искаженном виде. На этом примере удобно показать разницу между мудростью мудреца и философским знанием. В обобщенном виде я уже высказался об этом в одном из текстов моего блога, теперь посмотрим на конкретном примере.
Прежде всего подчеркну, что философ не рассуждает афоризмами, это как раз характеризует мудреца, а те случаи, когда философ вдруг пишет афористично, на мой взгляд, свидетельствуют о серьезном кризисе онтологии философской мысли (да-да, главные примеры здесь, как бы это ни показалось кому-то странным и не исключаю – возмутительным, это Шопенгауэр и Ницше). В самом деле, фраза «всё течёт, всё изменяется» и звучит лаконично, и воспринимается как краткий афоризм. Знание же философское обязательно подчинено логике как последовательному и ответственному рассуждению, оно тогда состоятельно, когда существует как более или менее развернутый текст.
Впрочем, это даже не главное. Философия Гераклита вовсе не сводится к представлению о всеобщей изменчивости мира, хотя его так иногда действительно воспринимали уже в древности. Допустим, в природе все действительно переменчиво, но как быть со сверхприродным бытием Бога, например? Во всех трех монотеистических традициях, в любой философии Абсолют, Первоначало, Единое совершенно неизменны, и этим положением, будь то религиозным, богословским, будь то философским метафизическим, нельзя пренебрегать, оно слишком основательно, чтобы не замечать его.
Но тут мне возразят, что, мол, Гераклит не принадлежал ни монотеистической традиции, ни мыслил в контексте Единого, абсолютного бытия. Буквально, это так, но как же быть с его важнейшей и знаменитейшей интуицией Логоса, которая может быть осмыслена как раз в контексте неизменного присутствия высшего Смысла, Постоянства, единой Истины вопреки всем изменениям!? Все эти и многие другие рассуждения, безусловно, требуют уточнений, но очевидно одно: слова «всё течёт, всё изменяется» не вписываются в масштаб проблематики, философия Гераклита явно выходит за пределы этого нехитрого афоризма. Действительно, что философского может быть в этих, ставших уже обыденными, словах? Нужно ли быть, что называется, семи пядей во лбу, чтобы наблюдать постоянную изменчивость мира и людей? Делает ли философом подобная констатация? Я уж не говорю о том, что часто слова «всё течет, всё изменяется» произносят не тогда, когда хотят поставить и обсудить фундаментальный вопрос, а, наоборот, когда скорее склонны полагать, что «обсуждать особо нечего, ведь всё течет, мол, удивляться нечему: времена меняются, и люди меняются вместе с ними».
Итак, раз уже хотя бы только Бог или Единое неизменны, то, следовательно не всё течёт, и не всё изменяется, и потому обратное утверждение не может претендовать на статус философского, статус метафизически всеобщего тезиса. А как быть с математическими положениями (любое простое арифметическое действие), геометрическими (непересекаемость параллельных прямых, например), которые, очевидно, тоже неизменны. Что же тогда остаётся на долю представления о всеобщей изменчивости? Слишком немногое. Остаётся, как мне представляется, невысокой мудрости банальность, имеющей весьма ограниченное значение простой житейской повседневности.
А ведь есть еще «Я» – неизменное при всех изменениях, единый центр моей личности. Кто-то скажет, что об этом у Гераклита вовсе нет речи! Напрямую и вправду нет («Я» и единство самосознания – это вообще тема новоевропейской философии), но есть у него немало парадоксальных суждений, требующих особой внимательности и подхода, что только этим отменяет «штамповку» всё течёт. Сам же разговор на эту тему отложим до следующего раза…
