Информация о материале

Сергей Гончарук

События

15 мая 2026

Во Франции распродали коллекцию редких Ferrari Фрица Нойзера

В Париже ушла с молотка коллекция Фрица Нойзера — 93-летнего немецкого спортсмена, коллекционера, бывшего олимпийского велогонщика и одного из самых известных людей в мире Ferrari в Германии. И это был не просто аукцион из серии «богатый человек освободил гараж». Нет. Тут продавали почти автомобильную биографию длиной в жизнь.

Аукцион провёл Artcurial Motorcars 15 марта 2026 года. На торги выставили 30 коллекционных автомобилей и 301 предмет automobilia — автомобильной памяти, где история марки иногда живёт не меньше, чем в самих машинах: детали, аксессуары, предметы гаражной культуры, редкости для людей, которые могут долго и счастливо обсуждать не только кузов, но и чемодан для Ferrari F40. Все лоты нашли покупателей, а общая сумма продажи превысила 5 миллионов евро. В аукционном мире такой результат называют white-glove sale — когда продано абсолютно всё.

Фриц Нойзер — фигура не случайная. В 1950-е он был заметным немецким велогонщиком, участвовал в Олимпийских играх 1956 года в Мельбурне, а позже ушёл в автомобильный бизнес. В 1962 году он основал собственный гараж в Нюрнберге, начинал с Goggomobil, затем пришли Alfa Romeo и Ferrari. С 1979 по 2003 год Нойзер был одним из самых уважаемых дилеров Ferrari в Германии. Параллельно он сам участвовал в гонках, собирал автомобили и десятилетиями жил внутри этой культуры — не как случайный инвестор, а как человек, который знал машины руками, ушами и, простите, носом. Потому что старая Ferrari — это ещё и запах кожи, масла, металла и большой итальянской мечты.

Главной звездой аукциона стала Ferrari 365 GTB/4 Daytona 1970 года в редком цвете Verde Medio. Она ушла за 602 тысячи евро после оживлённой борьбы покупателей. Daytona вообще из тех машин, которые выглядят так, будто дизайнер сначала нарисовал скорость, а потом уже добавил колёса. Длинный капот, переднемоторный V12, силуэт, в котором нет ни одного случайного жеста. Это не просто автомобиль. Это эпоха, которая ещё верила, что гран-туризмо должен быть одновременно красивым, быстрым и чуть-чуть опасным.

Второй сильный результат показала Ferrari 365 GT4 BB 1975 года в оригинальном цвете Blu Sera — её продали за 367 220 евро. Следом шла Ferrari 575 Superamerica 2006 года с пробегом около 16 тысяч километров, проданная за 355 180 евро. Среди заметных лотов были также Ferrari 308 GTB Vetroresina, De Tomaso Pantera GT5S, редкая Alfa Romeo GTAm 2.0 и другие машины, которые для обычного человека звучат как набор красивых букв, а для коллекционера — как повод проверить баланс на счёте и пульс.

Но коллекция Нойзера была интересна не только Ferrari. В ней чувствовалась биография человека, который любил не один бренд, а саму автомобильную культуру: итальянские спорткары, немецкая инженерная точность, гоночные детали, странные редкости, предметы из мастерских и салонов. Например, на аукционе продали стол из двигателя Testarossa за 41 044 евро, крышку двигателя Ferrari F40 за 68 848 евро, велосипед Colnago Ferrari за 21 184 евро, а барную стойку в стиле Ferrari — за 14 564 евро. Это уже не просто «запчасти». Это культовые реликвии для тех, кто готов поставить в гостиной не вазу, а мотор. И, честно говоря, иногда мотор выглядит убедительнее.

Для Нойзера эта продажа была больше, чем финансовая операция. Он десятилетиями собирал свой мир: гонки, дилерство, редкие автомобили, знакомства с Энцо Феррари, Михаэлем Шумахером, Лучано Паваротти, а главное — постоянное ощущение, что машина может быть не только средством передвижения, но и характером. Magneto пишет, что за более чем шесть десятилетий Нойзер собрал коллекцию автомобилей и памятных предметов, выросшую из его личной страсти к моторному миру.

И теперь эта история разъехалась по новым владельцам.

Немного грустно, конечно. В таких аукционах всегда есть момент расставания: частная вселенная, годами стоявшая в одном гараже, вдруг распадается на отдельные судьбы. Одна машина уедет в музей. Другая — в закрытую коллекцию. Третья, хочется верить, всё-таки услышит дорогу, а не только мягкое шуршание чехла в климатизированном помещении.

Потому что Ferrari создавали не для пыли.

И не для того, чтобы тихо стареть под идеальным светом.

Их создавали для дороги, шума, бензинового запаха, лёгкого безумия и того самого мгновения, когда двигатель просыпается — и всем сразу становится понятно: да, это была не просто машина. Это была жизнь, собранная на колёсах.

Теперь вы знаете больше

Информация о материале

Сергей Гончарук

События

15 мая 2026

Евровидение-2026: второй полуфинал закончился — финал собран, нервы тоже

Вена пережила второй полуфинал Евровидения-2026, и теперь финальная сетка конкурса окончательно собрана. Было всё, за что это шоу любят, ругают и всё равно смотрят: драматичные взгляды в камеру, блёстки, вокальные прыжки через собственные возможности, номера на тонкой границе между «гениально» и «что это вообще сейчас было?», а также политика, которая в этом году не просто стоит за кулисами, а почти просит отдельный микрофон.

Во втором полуфинале, который прошёл 14 мая в Wiener Stadthalle, выступили 15 стран. В финал прошли 10: Болгария, Украина, Норвегия, Австралия, Румыния, Мальта, Кипр, Албания, Дания и Чехия. За бортом остались Азербайджан, Люксембург, Армения, Швейцария и Латвия. Финал состоится 16 мая в Вене.

Кто прошёл во втором полуфинале

В финале теперь выступят:

Болгария — DARA, Bangaranga
Украина — LELÉKA, Ridnym
Норвегия — JONAS LOVV, YA YA YA
Австралия — Delta Goodrem, Eclipse
Румыния — Alexandra Căpitănescu, Choke Me
Мальта — AIDAN, Bella
Кипр — Antigoni, JALLA
Албания — Alis, Nân
Дания — Søren Torpegaard Lund, Før Vi Går Hjem
Чехия — Daniel Zizka, CROSSROADS

А вот Азербайджан, Люксембург, Армения, Швейцария и Латвия в финал не прошли. И тут, как всегда, начинается любимый национальный спорт фанатов Евровидения: «кого засудили», «кто был лучше», «почему прошёл вот этот человек в блестящей занавеске, а не наш прекрасный страдалец с этно-мотивом». Без этого конкурс был бы просто песенным соревнованием. А так — полноценная европейская семейная ссора с музыкой.

Австралия снова доказывает: география — это условность

Одним из главных медийных героев вечера стала Австралия. Delta Goodrem с песней Eclipse уверенно прошла в финал и снова напомнила: Австралия на Евровидении — это уже не география, а состояние души. Европа давно смирилась. Если можно участвовать с другого конца планеты, значит, можно всё. Главное — выйти красиво, спеть уверенно и сделать вид, что часовые пояса тоже голосуют.

Украина, Норвегия, Кипр и Мальта тоже ожидаемо добавили финалу энергии. В этом году сетка получается пёстрой: танцевальные номера, этно-мотивы, поп-драма, балканская нервность, скандинавская уверенность и тот самый евровизионный блеск, который невозможно объяснить людям, никогда не смотревшим конкурс до конца.

Как считали голоса

Результат полуфинала определялся смешанным голосованием: 50% — зрители, 50% — профессиональное жюри. В голосовании участвовали страны второго полуфинала, а также Франция и Великобритания, которые уже имеют место в финале.

И да, это важный момент. Евровидение давно перестало быть только конкурсом «кто лучше спел». Здесь работают фан-базы, диаспоры, политические симпатии, телевизионная режиссура, сила припева, костюм, камера, харизма и иногда — загадочная магия фразы «ну почему-то же мне это понравилось».

Музыка объединяет. Но сначала всех проверяют на входе

Главный фон Евровидения-2026 — не только музыкальный. Конкурс проходит в атмосфере политического напряжения вокруг участия Израиля. Reuters пишет, что пять стран — Испания, Нидерланды, Ирландия, Исландия и Словения — бойкотируют конкурс из-за допуска Израиля на фоне войны в Газе. Агентство также отмечает усиленные меры безопасности в Вене и напряжённую атмосферу вокруг первого полуфинала.

И вот здесь лозунг United by Music звучит уже не так беззаботно, как раньше. Музыка, конечно, объединяет. Но иногда перед этим приходится пройти рамки, кордоны, досмотр, политические заявления, протесты, пресс-релизы и нервную дипломатическую акробатику.

При этом внутри арены Евровидение всё равно остаётся собой. Зрители машут флагами, артисты выжимают из трёх минут максимум, режиссёры ставят свет так, будто от этого зависит судьба человечества, а костюмеры, кажется, каждый год подписывают негласный договор с фразой: «скромно не будет».

Финал уже близко

Теперь интрига простая: кто возьмёт конкурс — песня, политика, фан-база, жюри или человек, который выйдет на сцену так, будто ему уже принадлежит вся Wiener Stadthalle?

Финал пройдёт 16 мая. И он обещает быть не просто музыкальным вечером, а полноценной евровизионной нервной системой: блеск, голосование, споры, мемы, обиды, восторг, странные костюмы и, возможно, один номер, который все будут пересматривать ещё неделю.

Готовим чай, нервы и внутреннего музыкального эксперта.

Евровидение входит в решающую фазу.

Теперь вы знаете больше

Информация о материале

Сергей Гончарук

События

14 мая 2026

Евровидение на нервах: сегодня в Вене решится судьба последних финалистов

Сегодня, 14 мая, в Вене пройдёт второй полуфинал Евровидения-2026. Начало — 21:00 CEST, то есть ориентировочно 22:00 по Израилю. Место действия — Wiener Stadthalle, город с идеальной музыкальной биографией и, как выяснилось, не самой спокойной евровизионной атмосферой этого года. Финал состоится в субботу, 16 мая.

На сцену выйдут 15 стран, но в финал пройдут только 10. Во втором полуфинале выступают Болгария, Азербайджан, Румыния, Люксембург, Чехия, Армения, Швейцария, Кипр, Латвия, Дания, Австралия, Украина, Албания, Мальта и Норвегия. Открывает вечер DARA из Болгарии с песней Bangaranga, закрывает полуфинал JONAS LOVV из Норвегии с YA YA YA.

Отдельный нюанс: Австрия, Франция и Великобритания сегодня тоже покажут свои номера и будут голосовать, но в полуфинале не соревнуются — они уже автоматически в финале. В этом году правила полуфиналов включают и зрительское, и профессиональное жюри: именно их совместное решение определит десятку, которая пойдёт дальше.

Первый полуфинал уже отправил в финал Грецию, Бельгию, Сербию, Швецию, Литву, Польшу, Израиль, Финляндию, Молдову и Хорватию. Для израильской аудитории это, конечно, отдельная точка внимания: Ноам Беттан с песней Michelle уже получил место в субботнем финале. 

Но Евровидение-2026 в Вене — это не только блёстки, вокальные кульбиты и привычный международный карнавал «кто во что одет и почему это вообще работает». Конкурс проходит на фоне заметного политического напряжения вокруг участия Израиля. Reuters пишет, что во время выступления Ноама Беттана в первом полуфинале в эфир попали выкрики небольшой группы протестующих, хотя в самой арене многие зрители слышали в основном поддержку. EBU и австрийский вещатель ORF сообщили, что несколько человек были удалены за нарушение порядка.

AP также отмечает усиленные меры безопасности в Вене и бойкот конкурса со стороны пяти стран — Исландии, Ирландии, Нидерландов, Словении и Испании — из-за допуска Израиля к участию. При этом внутри арены и фан-зон, по сообщениям агентства, сохраняется привычная евровизионная атмосфера праздника: музыка, флаги, очереди, фанаты и тот самый странный европейский восторг, который каждый год доказывает, что пайетки иногда сильнее дипломатии.

Второй полуфинал сегодня будет важен сразу по нескольким причинам. Во-первых, он соберёт последнюю десятку финалистов. Во-вторых, покажет, насколько сильны претенденты из второй сетки — особенно Австралия, Дания, Норвегия, Украина и Армения, вокруг которых уже есть повышенный интерес фанатов. В-третьих, станет тестом для самого конкурса: сможет ли Евровидение удержать баланс между шоу, политикой, безопасностью и своей старой формулой United by Music, которая в этом году звучит красиво, но уже не так беззаботно, как раньше.

И всё же Евровидение остаётся Евровидением. Там, где одна страна выходит с драмой, другая — с танцевальным припевом, третья — с костюмом, который невозможно объяснить без помощи искусствоведа, а четвёртая внезапно попадает прямо в сердце. Сегодня вечером Вена снова включит прожекторы, зрители снова начнут спорить о фаворитах, а Европа — вместе с Австралией, куда же без неё — снова попытается выбрать песню, которая переживёт хотя бы ближайшие три дня мемов.

Финал уже близко. Сегодня — последний отборочный нерв.

Теперь вы знаете больше

Информация о материале

Сергей Гончарук

События

14 мая 2026

Король без королевства: как Йонас Лаувинер нашёл дыру в законе и собрал свою “Швейцарию”

Есть истории, после которых хочется не то смеяться, не то срочно перечитывать Гражданский кодекс. Вот одна из них: в Швейцарии человек провозгласил себя королём, завёл дворец, валюту, «легион» — и, что самое неожиданное, вполне законно оформил на себя десятки бесхозных земельных участков. Не дворец на берегу Женевского озера, конечно. Но всё равно звучит как сценарий для абсурдной юридической комедии.

Йонас Лаувинер - фото из интернета

Зовут героя этой истории Йонас Лаувинер. В 2019 году он провёл символическую коронацию и начал называть себя королём Швейцарии. Символическую — потому что настоящей монархии в Швейцарии нет, а федеральные власти, мягко говоря, не бросились срочно выносить ему трон и ключи от страны. Сам Лаувинер, впрочем, на политическую власть не претендует: на своём сайте он описывает титул скорее как личный проект, образ и систему самопрезентации. Но образ получился густой: форма, корона, собственная валюта, бронемашина и «имперский легион», который, по описанию проекта, должен защищать короля, его семью и территории. Да, всё серьёзно. Или почти серьёзно.

Долгое время Лаувинера воспринимали как эксцентрика — человека, который нашёл себе очень швейцарский способ выделиться: не через скандалы и ток-шоу, а через земельный реестр. Но потом выяснилось, что шутка имеет вполне материальный вес. По данным швейцарского SRF, у него уже около 150 объектов в нескольких кантонах: дороги, леса, сельскохозяйственные участки, промышленные территории и прочие кусочки земли, которые когда-то остались без владельца. The Times писала о 148 участках общей площадью 117 144 квадратных метра. Масштаб вроде бы небольшой — даже не четверть Ватикана, если считать по площади. Но вопрос не в размере. Вопрос в том, где именно лежат эти клочки.

А лежат среди них, например, дороги.

Вот тут история из смешной превращается в административную мигрень. Когда частному лицу принадлежат участки дорог, по которым каждый день ездят местные жители, коммунальные службы и обычные люди на своих обычных машинах, романтика самопровозглашённой монархии быстро заканчивается. Начинаются письма, счета, споры, заседания, раздражение граждан и вечный вопрос: «Как вообще так получилось?»

Получилось благодаря статье 658 Гражданского кодекса Швейцарии. Если в земельном реестре указано, что недвижимое имущество не имеет владельца, оно может быть присвоено через установленную процедуру. Для земли, не внесённой в реестр, действуют правила о бесхозных вещах. То есть это не пиратский захват с флагом на холме, а юридическая лазейка — аккуратная, бюрократическая, с печатями и регистрами. 

Особенно громкой стала история в коммуне Геуэнзе. Там власти захотели вернуть дорогу, оказавшуюся в собственности Лаувинера. По данным SRF, он был готов расстаться с ней либо за 150 тысяч швейцарских франков, либо при условии, что улицу назовут в его честь — Lauwinerstrasse. Очень по-королевски: денег или бессмертия на табличке. Муниципалитет, как нетрудно догадаться, не пришёл в восторг.

Сам Лаувинер настаивает: он действует в рамках закона, землю не отбирает, а просто оказался тем самым человеком, который первым внимательно посмотрел туда, куда остальные не смотрели. В кантоне Швиц власти тоже признали, что юридически остановить такие приобретения трудно: если участок действительно бесхозный и процедура соблюдена, пространство для вмешательства у государства ограничено. По данным blue News, в одном только кантоне Швиц он оформил 26 бесхозных объектов, включая участки дорог. (blue News)

Теперь кантоны пытаются закрыть эту дыру. В Берне, например, предложили изменить правила так, чтобы муниципалитеты получали преимущественное право на бесхозные участки, а передача земли частным лицам требовала согласования с общинами. Формально — чтобы не возникали «сложные соседские ситуации». Переводя с бюрократического на человеческий: чтобы очередной энтузиаст с короной не оформил себе кусок дороги перед вашим домом.

И вот здесь начинается самое интересное. Лаувинер стал не просто интернет-персонажем в красивом мундире. Он превратился в живой тест для швейцарской правовой системы. Насколько государство контролирует собственные «ничьи» территории? Кто должен первым получать такие участки — частный человек, муниципалитет или кантон? И можно ли называть злоупотреблением то, что формально разрешено законом?

История Лаувинера смешная только на первом уровне. На втором она очень современная. Сегодня большие системы часто ломаются не от грубой силы, а от внимательного человека с терпением, доступом к базам данных и странной мечтой. Один находит уязвимость в программе. Другой — в налоговом кодексе. Третий — в земельном реестре. А потом вся страна удивляется: «Подождите, так это было возможно всё это время?»

Король Швейцарии, конечно, не король. Его империя — не империя. Его армия — скорее перформанс, чем военная сила. Но земля в реестре — уже не шутка. Особенно если по ней проходит ваша дорога домой.

Теперь вы знаете больше