Suno проиграла GEMA: искусственный интеллект слишком хорошо запомнил чужие хиты
Земельный суд Мюнхена признал американскую компанию Suno нарушителем авторских прав. Решение касается шести известных музыкальных произведений, использованных для обучения генератора музыки без разрешения правообладателей.
Суд преимущественно удовлетворил требования немецкого общества по управлению авторскими правами GEMA. Suno должна прекратить незаконное использование этих произведений, предоставить информацию о полученных доходах и выплатить компенсацию. Её размер определят позднее.
Важно понимать: решение пока не вступило в законную силу и может быть обжаловано.
В центре разбирательства оказались шесть композиций:
-
«Atemlos durch die Nacht»;
-
«Rasputin»;
-
«Big in Japan»;
-
«Forever Young»;
-
припев «Mambo No. 5 (A Little Bit of…)»;
-
«Daddy Cool».
Спор касался именно музыки — мелодии, гармонии, ритма и аранжировки. Тексты песен в этом деле отдельно не рассматривались.
Стороны не спорили с тем, что произведения входили в обучающий набор Suno. Для получения записей компания использовала технологию stream-ripping: копировала музыку с YouTube, обходя техническую защиту платформы от скачивания аудио и видео.
GEMA доказывала, что система не просто изучила общие музыкальные закономерности. Фрагменты оригинальных произведений сохранились в моделях Suno и затем воспроизводились в созданных ИИ композициях.
Для проверки представители GEMA вводили название песни, оригинальный текст и указание музыкального стиля. При этом в запросах не задавались мелодия, гармония, ритм или аранжировка. Несмотря на это, Suno создавала записи, в которых суд обнаружил узнаваемые элементы исходных произведений.
Случайное совпадение суд исключил: композиции оказались слишком сложными и длинными, а сходство — слишком значительным. Судьи пришли к выводу, что речь идёт о запоминании, или меморизации, обучающих данных внутри моделей Suno версий v3.5 и v4.
Suno настаивала, что её модели не хранят исходные записи, а лишь формируют математические параметры на основе изученных закономерностей. Компания также утверждала, что возможные совпадения появились из-за действий пользователей, намеренно направлявших генератор к определённому результату.
Суд этот довод не принял. По его мнению, запросы были достаточно простыми и не содержали музыкальных инструкций, позволяющих самостоятельно восстановить оригинальные произведения. Ответственность поэтому лежит на компании, которая выбрала обучающие данные, разработала архитектуру системы и управляет моделью.
Не помогла Suno и ссылка на предусмотренное немецким законодательством исключение для анализа текстов и данных. Суд решил, что оно не разрешает сохранять произведения внутри модели таким образом, чтобы затем их можно было узнаваемо воспроизвести.
Отдельно суд рассмотрел обучение модели, проходившее в США. Suno ссылалась на американскую доктрину добросовестного использования — fair use. Однако и этот аргумент был отклонён: созданные системой записи оказались существенно похожи на оригиналы и могли возвращать пользователям элементы обучающих произведений.
Именно эта деталь делает решение особенно важным. Суд не объявил незаконным любое обучение искусственного интеллекта на защищённых материалах. Его вывод относится к ситуации, когда произведение не просто анализируется, а запоминается моделью и заметно проявляется в её результатах.
Это пока решение суда первой инстанции, а не окончательное правило для всей Европы. Оно касается конкретной компании, конкретных моделей и шести композиций. Но сигнал для индустрии вполне понятен: формула «сначала обучим, потом разберёмся с лицензиями» становится всё более рискованной.
Suno заявила, что не согласна с решением и изучает возможные дальнейшие действия, включая апелляцию. Поэтому юридическая точка в споре ещё не поставлена. Но музыкальным ИИ-сервисам, вероятно, придётся гораздо подробнее объяснять, откуда они получают обучающие записи, что именно сохраняется внутри моделей и почему в новых песнях иногда так хорошо слышны старые хиты.
